Photo by Reuters

ФСБ против Рамзана Кадырова?

  • Поделиться
  • | Текст

Директор ФСБ Александр Бортников увидел угрозу безопасности страны в процессе возвращения из зон боевых действий в Сирии и Ираке российских женщин и детей: по его мнению, процессом пользуются террористические группы для вербовки, внедрения, осуществления подрывов смертников, в том числе с использованием детей.

Досье Paragraphs:

Возвращение российских женщин и детей из иракских и сирийских тюрем на родину началось в конце 2017 года. Инициатива принадлежала главе Чечни Рамзану Кадырову, анонсировавшему начало процесса по поручению Владимира Путина. Сам Путин, в ходе ежегодной пресс-конференции 14 декабря 2017 года, похвалил Кадырова за его деятельность.

Руководить рабочей группой по возвращению граждан РФ было поручено сенатору от Чечни и представителю Кадырова на Ближнем Востоке Зияду Сабсаби, который ранее заявлял о том, что с начала эвакуации из Сирии фонд им. Ахмада Кадырова профинансировал возвращение 104 человек (из них 72дети).

Всего же в рабочую группу поступило 700 заявлений о розыске родственниками своих близких. Речь идет как минимум о двух тысячах женщин и детей, которые могут находиться на территориях, подконтрольных террористам ИГ, курдам и шиитским формированиям в Ираке и Сирии.

Путин Бортникову не указ

7 ноября, на XVII совещании руководителей спецслужб, органов безопасности и правоохранительных органов иностранных государств-партнеров ФСБ РФ, глава ФСБ Александр Бортников заявил, что женщины и дети, возвращаемые по гуманитарным коридорам из зон боевых действий, «все чаще используются главарями международных террористических организаций в качестве вербовщиков, террористов-смертников либо исполнителей терактов, а также связников».

Нужно отметить, что последний борт из Ирака в Россию прибыл 7 февраля, когда вернули годовалую девочку, мать которой, уроженка Чечни, осталась в тюрьме в Ираке. С тех пор процесс возвращения россиян из иракских тюрем был приостановлен, несмотря на многочисленные обращения родственников сирийских узниц к президенту страны, к самому Бортникову, а также уполномоченному по правам человека Татьяне Москальковой.

Правозащитники связывают приостановку процесса именно с позицией ФСБ. В декабре прошлого года Бортников на заседании НАК заявил, что возвращение в Россию «бывших участников незаконных вооруженных формирований из стран Ближнего Востока» представляет для страны «реальную опасность». Однако если обратиться к цифрам, то ни одна женщина или несовершеннолетний, возвращенные в РФ из зоны боевых действий, не имели никакого отношения к попытке и, тем более, совершению терактов или вербовке на территории страны.

Контртеррористам предъявили контраргументы

В ответ на недавнее заявление Бортникова, 13 ноября в РИА-Новости прошла пресс-конференция на тему «Российские женщины и дети в тюрьмах и лагерях стран Ближнего Востока: их положение и пути спасения», участники которой обратились к российским властям с просьбой не блокировать процесс возвращения российских женщин и детей из Сирии и Ирака.

Накануне мероприятия сотрудники ФСБ задержали в московском аэропорту Шереметьево одну из участниц пресс-конференции, уроженку Дагестана Загидат Абакарову, ранее возвращенную из Сирии. Абакарова была осуждена к восьми годам лишения свободы, но получила отсрочку к отбыванию наказания до достижения ее годовалым ребенком 14-летнего возраста.

Вместе с Абакаровой в Москву прилетела Залина Габибуллаева, в 2017 году возвращенная из Сирии вместе с Абакаровой и детьми при посредничестве сенатора от Чечни Зияда Сабсаби. Габибуллаева приговорена к шести годам лишения свободы с отсрочкой наказания на 12,5 лет, до достижения младшим ребенком 14-летнего возраста.

Сейчас девушки работают волонтерами рабочей группы по возвращению россиянок с детьми из зон боевых действий, переехав на постоянное место жительства в Грозный. Они сотрудничают с правозащитниками и силовыми структурами, участвуют во встречах с молодежью в ВУЗах, рассказывают, как обманом оказались на территории, подконтрольной террористам.

«Девушки делятся пережитым, тем, что видели собственными глазами и что у некоторых до сих пор поворачивается называть «исламским государством». Это история обмана, выпавших на их долю тяжелых испытаний, это осознание совершенного поступка и борьба за то, чтобы исправить эту ошибку. Этот опыт стоит гораздо больше чьих-то важных докладов, басен на скучных конференциях, где засыпают собравшиеся, и он гораздо важнее имитации борьбы с террористам, которую мы имеем на местах», - говорит член СПЧ Чечни Хеда Саратова.

Правозащитница категорически не согласна с тем, что вернувшиеся из Сирии и Ирака женщины и дети представляют какую-либо угрозу государственной безопасности.

«Они не закрылись от общества, а стали активными участниками антитеррористической работы, встали на правильный путь и хотят воспитать своих детей, дать им светлое будущее. Все они благодарны руководству страны за предоставленный им шанс на жизнь, сказав об этом в ходе прошедшей конференции. Они просят дать этот шанс тем, кто остался там, просят спасти детей, которые чужими не бывают», - говорит Саратова.

Перетягивание каната

Несмотря на позицию ФСБ и лично г-на Бортникова, а также многочисленных российских ведомств, от МИД России до уполномоченной Москальковой, Рамзан Кадыров свою работу сворачивать не намерен.

В конце августа на своей странице ВКонтакте он заявил, что в ближайшее время из Сирии планируется эвакуировать еще 117 российских детей. Еще 300 детей из России, по словам главы Чечни, остаются в лагерях, подконтрольных западной коалиции.

Российские правозащитники солидарны с Кадыровым в необходимости продолжить эту работу. Такая солидарность крайняя редкость, поскольку именно глава Чечни чаще других становится объектом критики представителей российского и международного правозащитного сообщества.

Понять тонкости взаимодействия разных структур на силовом поле по отдельным высказываниям высокопоставленных силовиков сложно, считает директор Центра анализа и предотвращения конфликтов Екатерина Сокирянская.

«Я не восприняла заявление Бортникова, как адресованное именно Кадырову. Был более широкий формат совещание руководителей спецслужб иностранных государств. Это было программное выступление, озвучена позиция спецслужб по целому ряду вопросов, затронута не только тема возвращения женщин и детей, но дан анализ миграции боевиков из зоны конфликтов на Ближнем Востоке на другие театры военных действий. Попытки прямой атаки на Кадырова я здесь не увидела»,сказала Сокирянская в беседе с Paragraphs.

По мнению эксперта, «у ФСБ есть давно сформированная, внятная позиция, которая совпадает с позицией спецслужб многих стран, когда абсолютным приоритетом становится взятие под контроль всех возможных потенциальных рисков».

«Женщины, побывавшие в ИГИЛ, являются для спецслужб потенциальной угрозой. В Европе, как мы знаем, такой угрозой считают даже детей и идут жаркие дискуссии, нужно ли их возвращать или нет. Ни одна из европейских стран целенаправленно не возвращает детей домой, а опубликованные недавно в Европе доклады подчеркивают прежде всего риски, связанные с детьми из ИГИЛ, а не то, что они прежде всего являются жертвами страшного конфликта. К сожалению, и в Европе возвращение этих детей это, прежде всего, история, связанная с безопасностью, а не с гуманизмом по отношению к несовершеннолетним, оказавшимся в эпицентре страшной войны по вине родителей»,рассказала Сокирянская.

Эксперт напомнила, что конфликт между позициями различных спецслужб по вопросу адаптации граждан, вышедших из зон боевых действий, стал очевиден еще в 2010 году, когда в некоторых республиках Северного Кавказа были созданы комиссии по адаптации и возвращению боевиков к мирной жизни.

«С 2010-2011 года, когда начали проводить адаптационные эксперименты в Дагестане, Ингушетии, КБР стало понятно, что региональным ФСБ эта адаптация была не особо нужна. У них другая задача, и межведомственные трения и конфликты стали быстро очевидны, поэтому-то комиссии по адаптации не получили серьезного развития. ФСБ и СКР это те ведомства, которые заинтересованы максимально контролировать риски и сажать, отчитываться уголовными делами, пойманными людьми. Понимание было частично в МВД, у части специалистов НАКа, которые когда-то начинали реализовывать новые подходы к борьбе с вооруженным подпольем, у президента Дагестана Магомедсалама Магомедова, у главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, главы КБР Юрия Кокова, но этого понимания никогда не было у Рамзана Кадырова, адаптацией не занимался и экс-глава Дагестана Рамазан Абдулатипов. Так что противоречия между силовикамиявление не новое, и в наших условиях даже хорошо, что оно есть, потому, что таким образом сторонники адаптации могут пытаться отстоять свои позиции. Как когда-то идею комиссий по адаптациям удалось отстоять Евкурову, и она сохранилась и получила продолжение в КБР»,заключила Сокирянская.

Возвращаясь к проблеме детей и женщин, эксперт высказала мнение, что «достаточно очевидно, что ФСБ против активной их репатриации, скорее всего, поэтому она и была приостановлена, а теперь речь идет только о детях».

«Не исключаю, что ФСБ будет последовательно отстаивать эту позицию. Хочется надеяться, что это не приведет к полному отказу от идеи возвращения женщин, потому что даже если женщины будут отбывать сроки в России это гораздо лучше, чем если они останутся на Ближнем Востоке. Очень хочется надеяться, что и на возвращение детей такие заявления не повлияют. Если Кадыров утверждает, что скоро домой вернется новая группа детей это свидетельствует о том, что пока позицию по несовершеннолетним удается отстоять»,заключает эксперт.

Жертвы войны становятся инструментом борьбы

Заявления Бортникова можно воспринимать и как обострение конкуренции внутри политической элиты, считает старший советник Центра стратегических и международных исследований (CSIS) Денис Соколов.

«Бортников не имеет возможности контролировать гуманитарный коридор для женщин и детей, оказавшихся в Сирии и Ираке в результате активной вербовки в «Исламское Государство» их мужей и отцов. Этот коридор пытается развивать и контролировать Рамзан Кадыров. Кадырову проект по возвращению женщин и детей нужен, как возможность укрепить свои лидерские позиции сред российских мусульман, а также как повод для создания собственной сети представителей в регионе, в котором у российской администрации есть политические интересы», - сказал в комментарии Paragraphs Денис Соколов.

Эксперт видит совершенно логичным предупреждение Бортникова о возможности использования этого коридора террористическими организациями.

«Это звучит правдоподобно, позволяет вернуть контроль над репатриацией и ставит лидера Чечни в щекотливую ситуацию. Если репатриированная женщина вдруг совершит теракт Кадыров будет нести за это ответственность. Террористическая атака приобретает политический и экономический смысл, а значит и исполнитель найдется врагов у Рамзана много. И Кадыров адекватно, в раках своих возможностей реагирует на эту угрозу – если возвращать только детей, то канал сохраняется, а риски подставиться резко снижаются. В этой истории женщины и дети, пережившие кошмар войны, становятся инструментом обострившейся политической борьбы внутри российской элиты», - заключил Денис Соколов.

 

Магомед Туаев

Комментарии