• Поделиться

В Северной Осетии уровень регистрируемой безработицы составляет 2%. Показатель высчитывается ежемесячно, и в расчет берется количество граждан, обратившихся в службу занятости и поставленных на учет в качестве безработных, к общей численности экономического активного населения РСО-Алания.

Экономически активное население республики составляет 334 тысячи человек, и простой расчет показывает, что количество зарегистрированных безработных граждан превышает 16 тысяч человек. Уровень регистрируемой безработицы в течение года подвержен колебаниям, но за последние три года, как пояснили в республиканской службе занятости, показатель варьируется от 2 до 2,6 %.

«Минус» одна школа в год как показатель «теневой» занятости

Учитывая то, что для северо-кавказских регионов безработица – это одна из актуальных проблем, успокаиваться столь низкими цифрами все же не стоит – реальной картины они не отражают по ряду причин. Во-первых, не каждый человек, потерявший работу и ищущий себе применение, стремится трудоустроиться через госструктуру в лице упомянутой службы занятости. Порой самостоятельные поиски оказываются эффективней. Во-вторых, пособие по безработице, которое платится в течение года, трудно назвать мотивирующим фактором для постановки на учет – здесь сумма ежемесячной выплаты варьируется от 850 рублей (13 долларов) до 4 900 рублей (73,8 долларов). Кстати, для того, чтобы безработный получал 4900 рублей, он должен уволиться с работы, где в месяц получал не менее 20 тысяч рублей (300 долларов). Третья причина указана в проекте Стратегии социально-экономического развития РСО-Алания до 2030 года – ее разработчики, а это сотрудники Леонтьевского центра из Санкт-Петербурга, убеждены, что «важной особенностью рынка труда в СКФО является значительная доля неформальной занятости».

В Республике Северная Осетия-Алания доля выявленных неформально занятых составляет 11,9% от численности экономически активного населения. Почти каждый восьмой житель республики, работающий в сфере производства или услуг, официально не оформлен, и это приводит к тому, что 40 тысяч экономически активных граждан находятся в «тени». Как следствие, республиканский бюджет недополучает налогов на доходы физических лиц, работодатель не выплачивает отчисления в пенсионный фонд, фонд социального страхования и фонд обязательного медицинского страхования.

Законодательство выстроено таким образом, что региональный бюджет несет все расходы, связанные с отчислениями в фонд обязательного медицинского страхования за каждого неработающего жителя Северной Осетии. В такой ситуации за каждого из «работающих в тени» приходится отдавать по 7,5 тысяч рублей в год – получается 300 млн. рублей, а за эти деньги, при нынешних ценах в Северной Осетии, можно построить школу на 350-400 учеников в зависимости от проекта. В республике новые школы нужны ввиду того, что 80% зданий общеобразовательных учреждений построены в 70-80-ые года прошлого века, и есть школы, где обучение проходит в две смены.

Зарплата на новом месте – средняя, скромная и непривлекательная

Исследователи из Леонтьевского центра отмечают, что Республика Северная Осетия-Алания занимает третье место по уровню регистрируемой безработицы в ранжированном перечне субъектов Северного Кавказа. Уровень безработицы по методологии Международной организации труда вдвое выше среднероссийского показателя. Основной контингент среди безработных Северной Осетии составляют: женщины (около 60%), молодежь в возрасте 16-29 лет (35%), родители, имеющие несовершеннолетних детей (свыше 15 %), инвалиды (свыше 7%).

Вопросы занятости приобрели повышенную актуальность после пожара, случившегося в ночь на 21 октября на самом крупном предприятии Северной Осетии – владикавказском заводе «Электроцинк», входящем в состав Уральской горно-металлургической компании. На момент принятия руководством УГМК решения о простое, штатная численность производственного персонала составляла 1 761 человек. В цехе электролиза работали 296 человек, которые написали заявления и находятся в отпусках без сохранения заработной платы. Остальные, а это немногим менее 1 500 человек, находятся в простое с компенсацией 2/3 от среднемесячной заработной платы.

Если говорить о рабочих уже несуществующего электролизного цеха, а это преимущественно катодчики, аппаратчики, контролеры, то первоначально для продолжения трудовой деятельности им предлагали выехать на родственное предприятие УГМК, однако жители Владикавказа от переезда на Урал отказались. Закон не регламентирует четкого срока, в течение которого рабочий может находиться в отпуске без сохранения заработной платы. Однако из цеха электролиза никто не уволился – по всей видимости, люди, привыкшие к своей работе в родном городе, не теряют надежды, и осуждать их за это нельзя.

И все же насколько существующая в Северная Осетии система занятости населения способна эффективно отреагировать на серьезный вызов, связанный с возможным закрытием завода «Электроцинк»? Ответить на вопрос однозначно довольно сложно. Дело в том, что в практике последних 25 лет не было случаев такого массового высвобождения численности. Если оперировать исключительно цифрами, которые привела руководитель северо-осетинской службы занятости населения Альбина Плаева, то проблему можно решить. По ее данным, в этом году на мероприятия, способствующие снижению напряженности на рынке труда, было выделено 60 млн. рублей (900 тысяч долларов), и из этой суммы 34 млн. рублей (512 тысяч долларов) израсходованы на переобучение. Безработный мог прийти и бесплатно получить специальность слесаря, электрика, оператора ЭВМ, менеджера по персоналу, бухгалтера со знанием работы на компьютере, и в этом году через курсы переобучения прошли 2 000 человек. Но здесь есть другой вопрос психологического характера: захочет ли рабочий человек переучиваться, особенно если речь о людях, которые, к примеру, 15-20, а то и 30 лет отдали тому, чтобы выпускать цинк, свинец, производить серную кислоту, пусть даже в непростых условиях, но с приличной заработной платой? Именно последний фактор может сыграть главенствующую роль, если рассмотреть существующие вакансии.

В настоящее время база данных республиканской службы занятости располагает сведениями о наличии 1 532 вакансий, и здесь разброс заработной платы составляет от 12 тысяч рублей (180 долларов) до 24 тысяч рублей (360 долларов). Кстати, среднемесячная зарплата в экономике региона по состоянию на 1 декабря 2018 года составляет 24 358 рублей (366 долларов). В Северной Осетии высок спрос на рабочих строительных специальностей – это маляры, столяры, машинисты башенных кранов, экскаваторов, бульдозеров, где максимальная зарплата достигает 30 тысяч рублей (450 долларов). Есть спрос на токарей и фрезеровщиков, но при этом работодатели гарантируют максимальный уровень оплаты в сумме 23 тысяч рублей в месяц (345 долларов). Есть вакансии в сфере жилищно-коммунального хозяйства – нужны операторы котельных, и есть спрос на швей, поваров, газосварщиков. В последнее время северо-осетинские работодатели готовы принимать людей, не имеющих специального образования – это водитель погрузчика, дворник, курьер, уборщик помещений, подсобный рабочий, и здесь зарплаты варьируются от 12 тысяч рублей до 30 тысяч рублей.

Возможно, рабочий металлургического предприятия, не привыкший сидеть без дела, откликнется на предложенные вакансии, но, в любом случае, он потеряет в зарплате. Средний уровень заработной платы опытного работника основного производства в «Электроцинке» исчислялся суммой не менее 40 тысяч рублей (600 долларов). Однако не стоит забывать о специалистах инженерно-технического звена завода, в частности, о мастерах, технологах, начальниках цехов, отделений и участков – ежемесячно они получали от 60 тысяч рублей (900 долларов) и более, а для Северной Осетии – это очень высокая зарплата. Даже в столь сложной ситуации, обусловленной возможным закрытием завода, человек без дела не останется, но будет ли он доволен новым местом? Вряд ли, ведь средняя зарплата чаще всего бывает скромной.

Что лучше: занятость на новом производстве или самозанятость?

При оптимистичном сценарии, уже в начале следующего года во Владикавказе заработает новое производство, а именно предприятие «Заря Осетии», которое во взаимодействии с Волжским светотехническим заводом «Луч», что в городе Тольятти, будет выпускать энергосберегающую светотехническую продукцию. Проект стал возможен благодаря усилиям министра промышленности и транспорта Хайдарбека Бутова, сумевшего привлечь инвесторов в Северную Осетию. По его словам, на первоначальном этапе будет осуществляться сборка комплектов, доставляемых из Самарской области с одновременным обучением персонала.

«В 2019 году появятся 250 новых рабочих мест. Естественно, они будут предложены тем, кто желает трудоустроиться, и если это, к примеру, бывшие работники завода «Электроцинк», то определенный выход из ситуации намечается. В 2020 году предприятие «Заря Осетии», опять-таки при содействии своих стратегических партнеров из Тольятти, нарастит объемы и планирует задействовать в производстве цикле уже 500 человек», – поделился планами министр.

Хайдарбек Бутов рассказал, что упомянутое предприятие серьезно присматривается к тому, что производить во Владикавказе дождевальные установки отечественной разработки «Кубань» и «Фрегат». Выбор в пользу северо-осетинской столицы является вполне обоснованным: из 300 тысяч гектаров земель – более 80 тысяч являются орошаемыми, и расположены они в Моздокском районе, который считается засушливым.

Примечательно, что Моздокский район с населением более 90 тысяч человек граничит непосредственно с четырьмя северо-кавказскими субъектами – это Ставропольский край, Кабардино-Балкария, Чечня и Ингушетия. Естественно, у соседей, которые являются аграрниками, такой же засушливый климат. Без орошения трудно добиться урожайности возделываемых культур, и эта аксиома проверена многими поколениями сельских тружеников. Трудность выбора перестает быть таковой в том случае, когда человеку, потерявшему работу, предлагают попробовать свои силы, применить опыт и навыки на совершенно новом производстве, где есть передовое современное оборудование и нужно постепенно входить в формируемый трудовой коллектив. Вывод прост и состоит в том, что единственный и самый надежный способ решения проблемы занятости – это новое предприятие.

В этом году служба занятости Северной Осетии также реализовала программу самозанятости, для участия в которой нужно было представить бизнес-проект и пройти конкурсный отбор. Идея заключалась в том, участнику программы предоставлялась субсидия в размере 200 тысяч рублей (3 тысячи долларов), и на эти деньги он мог открыть новое дело или расширить имеющееся, но с обязательным созданием двух рабочих мест. В программе мог участвовать любой желающий – будь то житель республики, признанный официально безработным, либо гражданин, который по собственному желанию уволился с вредного производства и решил с двумя бывшими заводчанами работать исключительно на себя, без какого-либо присутствия управленческого аппарата.

На первый взгляд, при наличии просчитанного и хорошо обоснованного бизнес-плана, проблем быть не могло, и программой самозанятости воспользовались строительные бригады, архитектурные бюро, частные медицинские центры, предпринимательские структуры, занимающиеся производством сувенирной продукции, продуктов питания. Однако, как пояснила руководитель службы занятости Альбина Плаева, были случаи, когда участники программы возвращали деньги и объясняли это различными причинами. В общей сложности, за счет бюджетных средств, было распределено 103 гранта на сумму 20,6 млн. рублей (30,9 тысяч долларов), и среди тех, кто получил деньги, но позже вернул, оказалась сельчанка из селения Дзуарикау.

«Сельская жительница является хозяйкой придорожного кафе, расположенного на трассе, ведущей из Владикавказа в два живописных ущелья – Куртатинское и Алагирское, поэтому здесь часто останавливаются туристы. Предприимчивая сельчанка, зная о том, что сыр неизменно пользуется спросом, решила увеличить его объемы за счет собственного производства. На выделенный грант она собиралась приобрести двух коров и корм, но за 200 тысяч рублей приобрести высокопродуктивных коров не сумела, поскольку на момент получения денег и активной фазы бизнеса высокопродуктивная корова, способная давать 30 литров молока в сутки, стоила более 120 тысяч рублей. После раздумий и расчетов женщина была вынуждена вернуть деньги и выйти из программы», - рассказала подробности несостоявшегося бизнес-проекта Альбина Плаева.

На Северном Кавказе предприятиям инвалидов нужна срочная помощь энергетиков

Ошибок удалось избежать небольшому северо-осетинскому предприятию, кстати, единственному в республике, где преимущественно работают инвалиды. Председатель регионального отделения Всероссийского общества слепых Батраз Гатциев и одновременно директор этого предприятия рассказал о том, что за счет субсидий удалось создать рабочие места, приобрести спецодежду и расходные материалы, а также функциональные столы для сборки прищепок, к которым может легко подъехать инвалид- колясочник. По состоянию на 1 декабря 2018 года на предприятии работает 53 человек, и более половины работников – это инвалиды по зрению, занятые на сборке пластмассовых бельевых прищепок.

«Помимо прищепок мы занимаемся производством матрасов, одеял и подушек, также изготавливаем пружинные матрасы для мягкой мебели по индивидуальным заказам. В прошлом году произвели продукцию на 12 млн. рублей, а в этом году у нас снижение, которое, в основном, связано с выходом из строя оборудования. Нам нужно новое оборудование, есть большая необходимость в высокопроизводительной литьевой машине. Сейчас у нас две литьевые машины, и одна из них работает более 40 лет, часто ломается. Большие проблемы нам доставляет старая пресс-форма, которую приходится постоянно ремонтировать, и во Владикавказе есть лишь один слесарь, способный нам помочь. До этого у нас была серьезная проблема с толкателем для пресс-формы, и мы объездили все бывшие военные заводы, искали людей и оборудование, чтобы изготовить такую важную деталь. Ничего не нашли – сейчас специального машиностроения фактически нет, потому пришлось заказывать толкатель в Махачкале. Сейчас предприятие может перейти на выпуск новой продукции, и есть интересные идеи по прищепкам, по производству мыльниц, контейнеров для зубных щеток и других товаров, которые нужны в каждом доме», – обрисовал ситуацию директор предприятия.

Как уточнил Батраз Гатциев, предприятия, на которых преимущественно работают инвалиды, действуют в Нальчике, Махачкале, Черкесске и Ставрополе, но все они небольшие, как по численности, так и по объемам производства. Нигде на Северном Кавказе нет специализированного предприятия для инвалидов, где бы работали более 100 человек. На экономику предприятия серьезно влияют тарифы на водоснабжение и водоотведение и, особенно – на электроэнергию. Согласно данным, предоставленным Гатциевым, ежемесячно за потребленную воду приходится платить 20 тысяч рублей (3 тысячи долларов), а используемое в производстве старое и далеко не энергосберегающее оборудование потребляет электроэнергии на сумму от 150 тысяч рублей (2 250 долларов) до 200 тысяч рублей (3 тысяч долларов) в месяц.

«Руководители предприятий, работающих на Северном Кавказе, постоянно общаются между собой, и практически везде одни и те же проблемы – это нехватка финансовых средств на приобретение нового оборудования, а без хороших станков и инструментов качественной продукции никогда не будет. В то же время нам крайне сложно заработать столько денег, чтобы их хватило на оборудование, и все это по одной причине – очень много затрат связано с оплатой коммунальных услуг. У предприятия, где работают инвалиды, должны быть льготы по «коммуналке», такие льготы, к примеру, есть в 40 регионах России, где действуют филиалы Всероссийского общества слепых. Я неоднократно беседовал со специалистами по данному вопросу, и мне говорили, что, к примеру, Татарстан, Самарская область и Нижегородская область, в силу показателей своих бюджетов, способны предоставлять значительные льготы по электроэнергии. Для Северного Кавказа всё намного сложнее ввиду дотационности регионов», - рассказал Батраз Гатциев.

В рыночные времена трудно ратовать за то, чтобы полностью освободить указанные предприятия от обязанностей по оплате электроэнергии, но все же стоит изучить вариант льготных коэффициентов или фиксированных платежей. Если северо-осетинское предприятие платит в год 1,5 млн. рублей, то, возможно, следует установить фиксированный лимит в размере 1 млн. рублей, а оставшуюся сумму компенсировать за счет доходного потенциала региональной организации, которая является филиалом ПАО Межрегиональной распределительной сетевой компании Северного Кавказа (МРСК). По аналогичной схеме можно действовать во всех семи субъектах округа, и здесь нет необходимости изобретать велосипед. Социальная ответственность бизнеса хороша и эффективна не только в момент проведения пиар-акций, но и когда охватывает определенный круг лиц, в данном случае – маломобильных граждан.

Андрей Гагиев