• Поделиться

Согласно данным Минтруда РФ, в 66 регионах отмечен рост численности безработных граждан. Наибольший – в Ингушетии, Алтае, Северной Осетии-Алании. Для региональных властей важно найти серьезный барьер, который бы позволил сначала упредить дальнейший рост числа безработных, а в перспективе и вовсе снизить тревожный показатель социального самочувствия общества.

Официоз и реальность: есть серьезные расхождения

Согласно данным республиканского  Комитета по занятости населения, по состоянию на 1 апреля этого года уровень регистрируемой безработицы в Северной Осетии составил 2,6%. Но, как считают специалисты, данный показатель является несколько приукрашенным и не отражает истинного положения дел. 

Если воспользоваться показателем уровня безработицы, определяемым по методике Международной организации труда (МОТ), то уровень безработицы в республике равен 11,6%  – то есть, около 38 тысяч жителей Северной Осетии остались не у дел, и почти каждый восьмой из числа трудоспособных граждан пока не нашел достойного применения своим навыкам, умениям и знаниям.

Разница между уровнем регистрируемой и реальной безработицы ощутима, но так сложилось, что региональная власть отвечает за первый показатель. По всей вероятности, есть понимание, что возможности регионов не безграничны, и, кроме того, в дело вмешивается математика. Ведь если в одном российском субъекте уровень регистрируемой безработицы, к примеру, будет снижен с 3% до 2%, то это будет достижением, и сокращением безработицы на одну треть. Но на этом фоне сокращение уровня безработицы (по МОТ) с упомянутых 11,8 % на один или два процента вряд ли признают как успех власти, в виду того, что 8-9% безработицы – это совсем не повод для позитивного регионального имиджа, а, скорее, наоборот.

По состоянию на 1 апреля этого года в Северной Осетии 4660 безработных граждан получают пособия, но при этом есть три категории выплат с различными суммами: минимальное пособие составляет 1500 рублей (23 долл.), а максимальное – 11 280 рублей (172,5 долл.), которое получают те, кто остался без работы перед выходом на пенсию – таковых в республике только 15 человек.

По данным руководителя республиканской службы занятости Альбины Плаевой, основная масса граждан, признанных безработными, получает 8 000 рублей.

«Следует пояснить, что среди безработных, которые обращаются за содействием в службу занятости, женщин больше, чем мужчин.  Свою роль играют два фактора. Во-первых, согласно статистике, женщин в Северной Осетии больше, чем мужчин, а во-вторых, у женщин экономическая и социальная активность выше.  Поэтому женщины чаще мужчин находятся в поиске работы. Каждые две недели безработный гражданин обязан приходить в службу занятости на перерегистрацию, и ему в обязательном порядке предлагаются имеющиеся вакансии», – пояснила Плаева.

Ряд специалистов, комментируя увеличение уровня регистрируемой безработицы в российских регионах, связывает это с повышением пособий. Отчасти с этим можно согласиться, но при некоторых оговорках.

До 1 января 2019 года самым низким социальным пособием для зарегистрированного безработного являлась сумма 850 рублей (13 долл.). Безработный гражданин получал пособие в течение полугода, и тогда набиралась общая сумма в размере 5100 рублей (78 долл.). Теперь же безработному выдают пособие в размере 1500 рублей, но только в течение трех месяцев, и суммарно получается 4 500 рублей (69 долл.).

Что касается второго вида пособия, то его сумма составляла 4 900 рублей (75 долл.) в месяц и выплаты производились 12 месяцев - в итоге «набегало» 58 800 рублей (900 долл.). С 2019 года, после того как вступили в силу изменения в федеральный закон, размер второго пособия увеличен до 8 000 рублей, но его можно получать только полгода и в общей сумме наберется 48 тысяч рублей (734 долл.). Одним словом, разница ощутима: как в оценке уровня безработицы, так и в подходах к системе социальных выплат для тех, кто остался без работы.

Вакансии - есть, достойной работы – нет

По состоянию на 1 апреля 2019 года банк данных Комитета по занятости населения Северной Осетии располагал сведениями о 1262 вакансиях. Много это или мало? Крайне мало, если это количество вакансий по всей республике уступает численности рабочих завода «Электроцинк», который в этом году полностью прекратит работу и встанет на консервацию.

После пожара в октябре прошлого года и принятого решения о ликвидации производства, руководство «Электроцинка» уведомило службу занятости, что проблемы с трудоустройством возникнут у 1780 человек. Но сейчас речь идет о том, что власть должна что-то предложить 1400 рабочим, которым будет некуда идти. Сокращение объясняется тем, что часть работников завода уволилась, не дожидаясь официального закрытия завода. Кроме того, есть специалисты, которые согласились переехать из Владикавказа на предприятия УГМК, куда, собственно, и входил «Электроцинк» до своего закрытия.

Люди решили самостоятельно поискать применение своим силам – время терять они не хотят и вряд ли их устроит государственное пособие в размере 8 000 рублей, выплачиваемое только полгода. Объяснение одно – средняя заработная плата на металлургическом предприятии, расположенном во Владикавказе, составляла около 40 тысяч рублей. К примеру, низкооплачиваемым считался аппаратчик гидрометаллургического цеха, занимающийся приготовлением сульфатных растворов, он получал 27 тысяч рублей (413 долл.) в месяц.

В банке данных комитета занятости есть вакансии рабочих специальностей, и среди них токари, сварщики, фрезеровщики, электрики, мастера холодильных установок с оплатой от 12 до 18 тысяч рублей (118–275 долл.). Маловероятно, что эти суммы привлекут внимание бывших металлургов. Намного сложнее выглядит ситуация для инженерно-технического состава завода «Электроцинк». В банке данных есть вакансии, и к таким специалистам интерес проявляют «Вагоноремонтный завод», «Победит», «Электроконтактор».

Предприятия готовы принять до 10 человек, и им нужны инженеры-технологи, энергетики, наладчики контрольно-измерительной аппаратуры с заявленной заработной платой от 15 до 20 тысяч рублей (229-306 долл.).  С такой заработной платой невозможно будет «закрыть» указанные вакансии за счет инженерного состава «Электроцинка», где самая низкая зарплата исчислялась суммой 40 тысяч рублей (612 долл.), не говоря о том, что опытные мастера производства получали от 60 до 80 тысяч рублей (917–1223 долл.).

Продолжая тему вакансий, следует отметить, что ощущается нехватка учителей, особенно в сельских районах. Для республики, где ежегодно молодых специалистов выпускают Северо-Осетинский государственный университет и Северо-Осетинский педагогический институт, проблем с педагогами быть не должно, однако практика свидетельствует об обратном. И объяснение здесь вполне логичное – вакансии для сельских учителей предполагают ежемесячную зарплату в размере от 12 до 15 тысяч рублей.

Цветущий возраст района и трудности поиска работы

Для исключения усредненных оценок ситуации все же стоит вкратце рассмотреть положение дел с безработицей на примере одного из районов Северной Осетии – Алагирского, где проживает 36 800 человек.

По официальным данным, численность трудоспособного населения здесь составляет 19 400 человек, из которых молодые люди в возрасте 15-29 лет составляют 41%. При этом средний возраст жителей района 37 лет, а это хороший показатель рабочей силы. Однако ситуация на рынке труда не позволяет этим позитивом эффективно воспользоваться. 

За период с 2016 по 2018 год от 1000 до 1200 жителей Алагирского района ежегодно приходили в местную службу занятости в поисках работы, но эти обращения их трудоустройству так и не помогли. По состоянию на 1 апреля этого года в банке данных всего 67 вакансий от 15 работодателей.  Предлагаемый уровень заработной платы составляет от 12 тысяч до 15 тысяч рублей в месяц, чаще всего требуются механики, электросварщики, дорожные мастера, водители, закройщики, портные.

Как и по всей республике, есть нехватка педагогов в школах, не хватает в горных селах медицинских работников, и здесь также планка зарплаты – 15 тысяч рублей. Местные жители возлагают надежды на строительство новых и реконструкцию имеющихся крупных объектов. К примеру, сейчас более 200 местных жителей работают в составе подрядных организаций, завершающих строительство каскада Зарамагской ГЭС на реке Ардон, но уже сейчас алагирцы встревожены. Объект гидроэнергетики войдет в строй не позднее сентября текущего года, и в лучшем случае рабочие места и все соответствующие выплаты дадут возможность «протянуть» до конца, а потому надо что-то искать. 

В этом году уже в июне-июле в Куртатинском ущелье начнет работать новая современная гостиница, рассчитанная на 100 постояльцев. На первоначальном этапе работы ее владелец в лице компании «СТК-59» обещает обеспечить рабочими местами 50 человек, а по мере увеличения объема предоставляемых услуг, это количество удастся увеличить в два раза.

Кроме того, в районе уже два года занимаются интенсивным садоводством с применением передовых итальянских технологий, и впервые за последние годы в условиях одного хозяйства было собрано 300 тонн яблок. В этом году взят ориентир на тысячу тонн, что потребует около 30-35 новых рабочих мест.

Кстати, серьезную надежду жители района возлагают на стартующий в Северной Осетии федеральный приоритетный проект «Экология», предусматривающий рекультивацию Фиагдонского и Унальского хвостохранилищ. Именно на этих объектах на протяжении четырех десятков лет накапливались отходы производства от двух обогатительных фабрик, продукция которых напрямую отправлялась на «Электроцинк».  До конца года пройдут работы по рекультивации хвостохранилищ – предстоит возвести капиталоемкие сооружения, в их числе противоселевые и земляные дамбы, провести работы по гидроизоляции. В общей сложности сумма государственных капитальных вложений составит 646,3 млн рублей (9,9 млн долл.), и согласно планам производственной деятельности, потребуется не менее 100 человек.

Практика работы подрядчиков в горных районах республики, когда речь идет о крупном строительстве, свидетельствует о том, что они стараются максимально задействовать местных жителей. Но все же это работа на один год, и несколько инвестиционных проектов, которые реализуются в районе, дадут только временный характер занятости, а людям нужно что-то постоянное.

Стабильность и постоянство нужны для того, чтобы выстраивать какие-то планы, прежде всего для семьи, но пока этого нет. С учетом северокавказского менталитета члены семей не склонны к тому, чтобы публично заявлять об испытываемых проблемах и нуждах. К примеру, тот же глава осетинской семьи постарается не обивать пороги учреждений службы занятости, но использовать выпавшую ему возможность случайного заработка не откажется. Другого выхода просто не существует, потому как нынешняя ситуация с безработицей оптимизма не внушает, и его меньше, чем новых и стабильных рабочих мест.

Андрей Гагиев