https://www.ruscable.ru
  • Поделиться

12 мая стало известно о планах Минэнерго России инвестировать в Дагестан 11 млрд рублей в рамках госпрограммы по снижению потерь электроэнергии. Структуры «Россетей» потратят их на замену приборов учёта. Это будет уже второй поток госинвестиций в республику через компанию.

В 2011 году Дагестан уже участвовал в подобной программе. Тогда замена счётчиков на 2,8 млрд бюджетных рублей закончилась ничем.

Программа так называемой цифровизации дагестанской энергосистемы включает два этапа. На первом, в 2019 году, энергетики заняты предпроектным обследованием: съёмкой электроустановок, их геодезией. На втором этапе планируется заменить 277 счётчиков, установить около 400 новых трансформаторных подстанций, реконструировать и построить около 5,5 тысячи км линий электропередачи. В итоге потребителям обещают систему удалённого учёта и контроля за потребляемым электричеством.

МРСК Северного Кавказа (дочка «Россетей») не первый год говорит о сильном износе электросетевого хозяйства, из-за чего большой объём электричества теряется при транспортировке (нормативные потери, которые компенсируются тарифом). Есть ещё сверхнормативные потери – энергетики списывают их на воровство. Этот объём тариф не возмещает.

Своих денег на модернизацию нет, объясняют в компании. Во-первых, виновата низкая платёжная дисциплина потребителей. Во-вторых – заниженный тариф на услуги дочерней Дагестанской сетевой компании, которая эксплуатирует сети и отвечает за доставку электричества до потребителей.

В октябре прошлого года в интервью «Коммерсанту» экс-гендиректор МРСК СК Юрий Зайцев рассказывал об итогах учений энергетиков. Тогда в республику съехались более 2 тысяч специалистов 15 дочерних и зависимых обществ ПАО «Россети». Они за месяц подлатали сети в шести муниципалитетах и провели «полноценный технический аудит» всей энергосистемы.

«Анализ ситуации еще раз показал: самостоятельно и без дополнительного финансирования электросетевой комплекс Дагестана из кризиса не вывести, и, если ничего не предпринимать, убытки будут только расти. Степень изношенности электросетей в Дагестане – 70–80 процентов. По итогам первого полугодия убыток ДСК – более трёх миллиардов рублей», – цитировал «Ъ» Зайцева.

Тогда же он заявил, что по подсчётам менеджмента «Россетей» и МРСК Северного Кавказа, решить проблемы до 2022 года может докапитализация МРСК на 22 млрд рублей (после в некоторых СМИ речь шла о 10 млрд). Предполагалось, что «Россети» инвестируют эти деньги в акции МРСК, а та потратит их борьбу с потерями и финансовое оздоровление убыточной ДСК.

На данный момент известно, что капитализация компании подскочила от 2,3 млрд до 4,2 млрд рублей во второй половине апреля этого года. То есть инвестировано было около 1,9 млрд рублей. А в мае появилось сообщение о планах Минэнерго вложить 11 млрд.

Оксюморон

Зайцев сказал, что по итогам первого полугодия убыток Дагестанской сетевой компании составил более 3 млрд рублей как следствие высокого уровня потерь. Эта цифра очень противоречива, если понимать природу этих долгов.

В республике работают две структуры МРСК – ПАО «Дагестанская энергосбытовая компания», которая отвечает за сбор платежей, и Дагестанская сетевая компания, доставляющая электричество до потребителя. Их отношения складываются следующим образом: ДЭСК оплачивает ДСК услуги за передачу электроэнергии, а сетевая компания компенсирует энергосбыту потерянный объём. По логике энергетиков, из-за того, что потери слишком большие, а сборы низкие, ДСК не может восполнить ДЭСКу весь объём потерь, а сбыт – заплатить сетевику за услуги. Отсюда высокая кредиторская задолженность обеих компаний.

Точно так же строились отношения ДЭСК с предшественницей ДСК – АО «Дагэнергосеть». Поэтому было странно, когда в 2015 году энергетики заявили о создании новой сетевой компании (ДСК) из-за убыточности старой. В 2015 году ДЭСК должен был около 3 млрд рублей за транспортировку «Дагэнергосети», она ему – 8 млрд в качестве оплаты потерь. Всего кредиторка компании составляла около 10 млрд. Почему при тех же методах работы новую компанию не должна была постичь та же участь, что и «Дагэнергосеть»? Дагестанские «сетевики» не имеют какой-либо материальной базы. Всё сетевое имущество МРСК сдаёт им в аренду. Сначала им пользовалась «Дагэнергосеть», а сейчас ДСК.

На данный момент арбитражный суд ведёт дело о банкротстве «Дагэнергосети». А МРСК пытается вклиниться в ряды кредиторов и получить от «дочки» 1,8 млрд аренды за пользование имуществом. Хотя, по логике, она должна быть привлечена к субсидиарной ответственности за свою «дочку», поскольку для закрытия долгов её собственного имущества не хватает.

В общем объёме потерь сетевиков есть нормативные (они компенсируются тарифом, т.е. потребителем) и сверхнормативные (то, что называют украденной электроэнергией). В 2013 году «Дагэнергосеть» отпустила потребителям 5,2 млрд кВт/ч, потеряла из них 1,5 млрд (29,3%), а тариф компенсировал компании около 1,2 млрд кВт/ч (21,1%).  В 2017 году в сеть было отпущено почти 6,2 млрд кВт/ч. Фактические потери электроэнергии составили 37,13%, или 2,3 млрд кВт/ч. Из них: нормативные потери – 1,3 млрд кВт/ч (20,85%), сверхнормативные – более 1 млрд. То есть по факту объём сверхнормативных потерь можно сопоставить с масштабом электроснабжения Махачкалы.

Вот как объясняют их происхождение энергетики: «Частные предприятия подключаются к сетям, не имея заключённых договоров на энергоснабжение. Нередко при выявлении таких случаев выясняется, что причастны к подключениям бывшие либо действующие сотрудники сетевых организаций»рассказал Зайцев.

Войну с ними МРСК ведёт давно, по крайней мере, периодически отчитывается о выявленных врезках и уличённых нарушителях, но к серьёзным результатам это не приводит. При этом возможность автоматизировать приборы учёта и свести на нет безучётное потребление энергетики явно упустили.  

Дежавю

Пять лет назад республика уже участвовала в кампании по замене старых приборов учёта на современные, «умные». В рамках федеральной целевой программы было выделено 2,8 млрд рублей на установку 452,8 тысячи счётчиков. Тогда писали, что новые приборы учёта полностью исключают человеческий фактор: для их обслуживания не нужны контролёры, каждый прибор напрямую передает данные на сервер сетевой компании. Кроме того, их невозможно взломать – при малейшей попытке он автоматически подаёт сигнал тревоги на сервер. Поэтому сверхнормативные потери в республике должны были снизиться до нормативных показателей.

«На момент начала действия программы (середина 2011 года) потери в сетях нашей компании составляли 39% при нормативе 21%. Потери за 2012 год составили 31%, то есть около 10% мы уже отыграли, сэкономив при этом почти 1 миллиард рублей, который уже вложили в наши сети. Итоги первого квартала показали, что мы уверенно движемся в правильном направлении», отчитывались в СМИ энергетики в начале 2013 года. Но по итогу потери вернулись к прежнему уровню.

После энергетики объясняли, что потребители, которым стало невыгодно платить по счётчику, стали их портить.

Корреспондент Paragraphs поговорил с одной из жительниц, которой был установлен новый прибор учёта:

«Старый счётчик нормально крутил. У меня маленькая двухкомнатная квартира, и на тот момент я жила одна. Выходило 200–300 рублей в месяц. Потом стали всем устанавливать новые. Я не знаю, что случилось, но у меня стало выходить 1000-1500 рублей за месяц. Обратилась в электросети, чтобы проверили счётчик. Отправили в лабораторию, оставила заявку. Сколько ходила, ругалась с ними – никто не пришёл. Знакомый электрик потом забрал его, что-то с ним сделал. Сейчас крутит по 500–600 рублей. Хотя, мне кажется, что и это много для моей квартиры», – рассказала собеседница.

Промышленные масштабы воровства, с которыми, по официальной версии, энергетики не могут совладать, не мешает им накидывать платежи на других потребителей. Об этом говорится в отчёте Республиканской службы по тарифам (РСТ) Дагестана: «За период 2016–2017гг. в РСТ Дагестана поступали и продолжают поступать многочисленные обращения от населения с заявлениями о том, что ПАО «ДЭСК» необоснованно производятся ежемесячные начисления объёмов электрической энергии, которые выше фактических показаний их приборов».

Спорный тариф

Нужно понимать, что средства на ремонт сетей заложены в тарифе ДСК. Тем более парадоксальными выглядят учения энергетиков, которые за один месяц и бюджет в 1,3 млрд рублей пытались восполнить объём работ, которым структуры МРСК пренебрегали до сих пор.

Летом прошлого года этим же вопросом задавался республиканский еженедельник «Новое дело». Автор со ссылкой на инсайдерские источники указывал, что за 2016 год на ремонт в тарифе ДСК было учтено около 400 млн рублей, а в итоге расходы по этой статье составили около 26 млн рублей (при уровне платежей более 80%). 

В ответной статье МРСК прокомментировали эти цифры. В компании пояснили, что в тарифе на 2016 год на ремонтную программу РСТ учла 427 млн рублей. И уровень оплаты по итогам года был достаточно высоким – 95%, или 1,755 млрд рублей. «Сумма немалая. Но складываем дальше. Затраты на выплату заработной платы персоналу составили 1 млрд 262,1 млн рублей, оплата НДС и налогов – 109,5 млн, аренда сетей – 111,6 млн рублей. Остаётся всего 272,4 млн рублей, а ещё есть ряд таких жизненно необходимых для функционирования предприятия статей расходов, как охрана, связь, коммунальные услуги и др.», – рассказали в компании. По их словам, на ремонтную программу ДСК было выделено 158,6 млн рублей и 70,5 млн рублей – на горюче-смазочные материалы: «Это, даже без учёта изношенности сетей, просто копейки.  В реальности на ремонтную программу Дагестанской сетевой компании направляются все свободные средства, поступившие в качестве оплаты за услуги, за минусом обязательных затрат».

Всё это звучит довольно убедительно, если не знать принцип формирования тарифа. Paragraphs изучил протокол заседания правления РСТ, в котором детализирован его расчёт. 

Из протокола следует, что во внимание принимаются все обосновывающие материалы и расчёты, представленные ДСК. После чего проводится оценка их достоверности, финансового состояния организации, анализ экономической обоснованности расходов и величины прибыли, необходимой для нормальной работы организации.

Каждая статья расхода разбирается отдельно: и на ГСМ, и на охрану. И в ней учитывается, сколько компания фактически потратила по этой статье за прошлый период. То есть, если она не дотянула до плана, то на будущий год его могут сократить.

Например, по статье «Капитальный ремонт основных средств» на 2019 год ДСК оценивала свои расходы в 270 млн рублей.  Но по факту в прошлые годы израсходовала меньше запланированного. В 2016 году – 77,3 млн. В 2017 году – 82,7 млн[1]. Потому на 2019 год РСТ сократила эту статью до 86 млн рублей. Аналогичная ситуация была по расходам на «Текущий ремонт и техническое обслуживание сетей». Т.е. фактически компания не может защитить свой бюджет расходов перед РСТ. Но обвиняет РСТ в необоснованно низком тарифе.

В федеральном правительстве, вероятно, отдают себе отчёт о причинах проблем. На заседании правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития СКФО премьер Дмитрий Медведев заявил, что неплатежи в основном вызваны отсутствием должного учёта поставленных энергоресурсов и системной работы с потребителями: «Газовые и электрические сети на Кавказе сильно изношены. И на потери при транспортировке часто списывают всё, что фактически было просто украдено – как в результате самовольных подключений и врезок, так и с применением различных схем уклонения от уплаты, включая намеренное банкротство предприятий ЖКХ и энергосбытов. Ветхие сети (иногда непонятно, кому принадлежащие, бесхозные, или хозяин всем известен, но юридически этого хозяина найти невозможно, хотя фактически понятно, кто что контролирует), абсолютно неточные клиентские базы – это всё выгодно прежде всего самим злоумышленникам, то есть тем, кто на этом зарабатывает».

Тем не менее это не мешает финансировать МРСК через госпрограммы.

Ильяс Кадиев

[1] На 2018-й учли 199,1 млн, но в протоколе не приводятся фактические данные за этот год.