https://www.facebook.com/martin.kochesoko
  • Поделиться

Черкесский активист Мартин Кочесоко, задержанный в прошлом месяце по обвинению в приобретении и хранении наркотиков, с 25 июня находится под домашним арестом и полностью изолирован от внешнего мира. Адвокат Кочесоко Тимур Хутов рассказал Paragraphs, что его подзащитный намерен доказывать свою невиновность всеми законными способами. 

– Как себя сейчас чувствует Мартин, какой у него настрой, состояние?

Он чувствует себя нормально, настроен бороться до конца и восстановить свое честное имя. К наркотикам Мартин никакого отношения не имеет. Как следует из заявления самого Кочесокова, испугавшись за свою жизнь, и понимая, на что способны люди, которые его задержали, что при их желании его действительно могут потом не найти, он под сильным психологическим давлением согласился признать, что наркотики принадлежат ему. Ему сказали, что он должен признать, что у него есть наркотики в кармане и в машине, и заявить это при понятых. Ему пообещали, что он отделается легким испугом. Зная репутацию ЦПЭ МВД по КБР, испугавшись за свою жизнь и судьбу своих близких, Мартин согласился.

– Во время слушаний в Верховном суде Кочесоко рассказал, что 16 мая замглавы Баксанского района Анзор Ахобеков призвал его снизить общественную активность, иначе «ему подбросят наркотики или вообще не найдут». Обратился ли Мартин в ответ на эту угрозу в правоохранительные органы?

Мартин неоднократно обращался к должностным лицам КБР с заявлением, что ему угрожали. Ещё 24 мая, то есть за 13 дней до задержания, появилось обращение, в котором сообщалось, что после участия Мартина в круглом столе в Нальчике 16 мая, посвященном проблемам федерализма, к нему «домой явились представители администрации района, которые оказывали давление на него и его родителей, огульно настаивая на том, что он участвует в каком-то государственном заговоре. Это самоуправство сопровождалось разнузданной клеветой в соцсетях, направленной в адрес Кочесоко и участников круглого стола».  

А 25 мая представители «Демократического конгресса народов РФ» пожаловались врио главы КБР Казбеку Кокову на преследования, указав, что к руководителю общественной организации «Хабзэ» Мартину Кочесоко накануне пришли представители администрации района и настаивали, что он участвует в каком-то государственном заговоре. 

 По заявлению Кочесоко, в СИЗО ему поступали угрозы, в том числе угрожали убийством. Существует ли угроза его жизни на данный момент?

Полагаю, что на данный момент угрозы его жизни гораздо меньше, чем в СИЗО, однако с учетом всех обстоятельств полностью исключать ее нельзя. 

– Будете ли вы добиваться наказания тех сотрудников ЦПЭ (Центра по противодействию экстремизму МВД России по КБР), кто, по версии вашего подзащитного, подбросил ему наркотики, а также подверг избиению во время задержания?

Защита намерена добиваться объективного расследования и привлечения всех виновных в фальсификации к уголовной ответственности. 

– Рассчитывает ли Мартин на справедливое расследование?

Безусловно. Мартин намерен доказывать свою невиновность всеми законными способами. 

–  Когда будет следующее заседание суда?

Теоретически, следующее заседание возможно в начале августа – если следствие выйдет с ходатайством о продлении срока содержания под домашним арестом. Однако защита полагает, что к этому времени справедливость восторжествует, и обвинения с Мартина будут сняты.

–  Если посмотреть на статистику последних лет, то многие активисты на Северном Кавказе, в том числе Оюб Титиев, Жалауди Гериев, Руслан Кутаев, были осуждены по статье «Незаконное хранение наркотиков». Как вы считаете, почему на Северном Кавказе именно подброс наркотиков стал главным орудием борьбы с неугодными властям?

–  Сложно сказать почему именно подброс наркотиков стал средством устранения неугодных на Северном Кавказе. Наверное, это обусловлено доступностью наркотических средств для недобросовестных сотрудников полиции и относительной простотой доказывания состава преступления. Однако это порочная практика, которая дискредитирует не только отдельных сотрудников, но и всю правоохранительную систему в целом. Эту практику необходимо полностью искоренить.