http://kazbekovskiy.ru
  • Поделиться

Проблема сохранения родных языков на протяжении последних десятилетий продолжает оставаться одной из самых актуальных в Дагестане. Есть мнение, что борьба за их сохранение в Стране гор может потерпеть фиаско, т.к. бороться здесь нужно не за один или два языка, как в соседних регионах Северного Кавказа, а за тридцать один.

Но, судя по многолетнему фактическому бездействию местных властей, республика уже сдалась без боя.

Расслабиться и говорить по-русски

Дагестан с населением чуть больше трех миллионов жителей – самая многонациональная республика в составе России. Местные коренные народы говорят, помимо русского, на 31 языке – 13 из которых имеют статус письменных, 18 – бесписьменных. Согласно Конституции РД, в республике 14 государственных языков: русский, аварский, агульский, азербайджанский, даргинский, кумыкский, лакский, лезгинский, ногайский, рутульский, табасаранский, татский (язык горских евреев), цахурский и чеченский, но де-факто картина совсем другая – язык межнационального общения, документооборота, обучения в школах и вузах здесь один – русский. Дагестанцы, вынужденные общаться между собой на понятном для всех языке, стали заложниками не только доминирующего положения русского языка, но и своего этнического многообразия.

В таких условиях угроза утраты дагестанских языков вполне реальна, считает главный научный сотрудник отдела грамматических исследований Института языка, литературы и искусства Дагестанского научного центра РАН, доктор филологических наук, профессор Магомед Магомедов. По его словам, повсеместное использование русского языка привело к существенному сокращению сферы функционирования дагестанских языков. Сегодня в республике родные языки несут в себе исключительно функцию бытового общения. А что касается городских семей, то они уже давно перешли на русский, констатирует собеседник Paragraphs.

«Даже в мононациональных районах русский язык является языком делопроизводства, сходов, собраний, совещаний и конференций, хотя закона, регламентирующего применение русского языка в этих сферах, нет, как нет и специальной установки проводить подобные мероприятия обязательно на русском. Почему нельзя провести сельский сход или какую-то конференцию в районном центре на языке этой местности? Но этого не происходит, – отмечает ученый.Нужны какие-то меры, а сейчас власти абсолютно никаких усилий не предпринимают. Специалисты уже устали говорить о том, что до сих пор не принят закон о языках народов Дагестана, который бы регламентировал языковую политику. Республике он нужен в первую очередь».

По мнению профессора, сегодня не только чиновникам, но и простым дагестанцам не до сохранения языков. Психологически и экономически они поставлены в такие условия, когда в приоритете не высокие языковые материи, а борьба за выживание: «У дагестанцев нет желания изучать родные языки. Их поставили в такие условия, когда им родной язык не нужен. Владение или невладение родным языком дагестанцу ничего, по большому счету, не дает. Он не чувствует дискомфорта от его незнания. Ему легче плыть по течению, расслабляясь и общаясь со всеми на русском языке. Ни в обществе, ни в семье не прививается трепетное отношение к родному языку. Более того, некоторые родители умудряются писать заявление в школу с просьбой или требованием, чтобы их ребенок не посещал занятия по этому предмету».

Однако, по словам Магомедова, даже те родители, которые хотят, чтобы их дети знали свой родной язык, по большому счету, лишены этой роскоши. 1-2 часа в неделю ребенку, не имеющему базы, ничего не дадут, тем более, учитывая формальный подход к преподаванию и постоянную проблему с нехваткой учебников.

Хвастаться нечем

Действительно, сегодняшнее преподавание дагестанских языков во многом напоминает методику преподавания иностранных языков в советских школах, когда дети несколько лет изучали язык, но говорить на нем у них так и не получалось. С дагестанскими детьми происходит то же самое – десять лет изучения родных языков кроме умения читать и писать им ничего не дают: кто не знал свой родной язык, тот и по окончании школы продолжает его не знать. Кто-то считает, что всему виной – плохо написанные учебники, кто-то видит корень проблемы в отсутствии языковой среды.

Подбросили дров в горящее языковое пламя и российские депутаты. В июле прошлого года Госдума РФ приняла закон об изучении родных языков, согласно которому школьники в регионах теперь могут выбирать, какой язык считать родным, и, соответственно, отказываться от изучения своего национального языка. Этот закон, по словам Магомеда Магомедова, противоречит интересам малых народов и называет его «целенаправленной политикой, подавляющей национальные языки и национальные интересы».

«Почему у родителей не спрашивают, нужна ли их детям физика, химия, геометрия, но спрашивают, нужен ли родной язык? Вопросов очень много, но ответов, к сожалению, нет. Если такое отношение сохранится, то наши языки в недалеком будущем перестанут функционировать. Недалекое будущее для крупных этносов Дагестана – это лет 50, после чего они перейдут в разряд мертвых», – делится неутешительным прогнозом ученый.

По его словам, главное условие на пути спасения родных языков в республике – это сохранение населенных пунктов с компактно проживающими там моноэтническими группами: «Нужно сохранять села. Это единственное, что нам остается. Если процесс урбанизации и миграции горцев на равнину будет продолжаться, дагестанские языки не выживут. Город – это кладбище для родных языков. Никаких условий для их выживания в городах нет. Под моим руководством было проведено исследование в школах Махачкалы. 92% школьников всех национальностей не владеют родным литературным языком. Вот такая печальная ситуация. На данный момент нам хвастаться нечем. Ни власти, ни само общество не понимают масштаба проблемы».  

Хотите – изучайте, хотите – нет

Не испытывает оптимизма в этом вопросе и директор Аварского музыкально-драматического театра им.Гамзата Цадасы Магомедрасул Магомедрасулов, который уверен, что время, когда нужно было бить тревогу, уже давно упущено.

«Федеральный центр не особо печется о сохранении национальных языков. Москва дала нам выбор: хотите – изучайте, хотите – нет. Эта тенденция началась еще с 90-х годов. Просто в свое время образовательным учреждениям республики, учителям, представителям науки и практикам нужно было объединиться и выработать какую-то единую программу для того, чтобы сам процесс изучения языков сделать привлекательным для детей. Также родителям не нужно заставлять детей учить в школе язык и при этом самим говорить дома на русском.

У нас очень плохая ситуация, насколько я знаю, по изданию учебников родных языков. Они как бы есть, но это больше плагиат, чем учебники. И даже этот плагиат подпорчен не очень красивыми вставками, не очень умными изречениями некоторых деятелей от науки и т.д., плюс очень слабые иллюстрации. В руки берешь – даже взрослому человеку, пролистав пару страниц, уже дальше не хочется», – комментирует эксперт.

Еще один момент, на который обращает внимание собеседник Paragraphs – уже давно дышащие на ладан национальная пресса и телерадиовещание. Для них, как говорится, «сошлись все звезды» – отсутствие интереса со стороны аудитории, не самая многообещающая поддержка от государства, плохой менеджмент и, как следствие, качество самого продукта.

«Тут уже пора хвататься за голову. В искаженном варианте родной язык звучит по радио, в телевизионных передачах. Часто, слушая ведущего, можно понять, откуда он родом: из Хунзахского района, Чародинского, Гергебильского или какого-то другого, потому что он употребляет слова, присущие представителям той или иной местности. Нет чистой литературной речи», – обращает внимание Магомедрасулов.

Борьба ради пиара

Отдельной кастой, вносящей посильный вклад в «убийство» дагестанских языков, театральный директор считает «псевдоактивные» общественные организации, занимающиеся самопиаром под видом борьбы за сохранение родных языков:

«У нас появилось куча организаций, общественных, полуобщественных, непонятно каких, которые борются якобы за сохранение родных языков. Но проблема в том, что они увлеклись популизмом. Провели какой-то семинар, совещание, конференцию. Где итоги? Где конкретные меры по реализации тех вопросов, которые поднимались? Где финансовая подоплека?

Проводится очень много непонятных мероприятий. У какого-то озера собрались, шашлыки пожарили, тост за аварский язык подняли… и все, они считают, что после этих веселых сборищ аварский язык будет процветать. Но не такими же методами надо бороться за сохранение родных языков?! В моем понимании эти общественные организации должны помогать министерству образования и науки, профильному институту академии наук выпускать учебники, словари, разговорники, добиваться, чтобы руководство республики находило хоть какие-то копейки на работу по сохранению родных языков. А так получается, что на фоне умирающих родных языков они создают какие-то ассоциации, проводят большие мероприятия, но не до конца понимают, чем им действительно нужно заниматься. Некоторые спонсоры давали им на эту работу хорошие деньги, но, понимая, во что все это превратилось, сейчас эти деньги им уже никто не дает».

Если в учебной программе школ национальный сегмент не будет усилен, не будут разработаны нормальные методики преподавания и учебники, не появятся программы дополнительного стимулирования учителей по этому предмету, то вопрос сохранения родных языков в Дагестане будет исчерпан в ближайшие 15-20 лет, считает собеседник Paragraphs:

«Потом найдется какой-нибудь умник, который скажет: мы не употребляем родные языки в жизни, газеты никто не читает, передачи никто не слушает – и потихоньку пойдет процесс свертывания родных языков. Их носителями будут только фанаты в хорошем смысле этого слова. Они будут пытаться говорить на родном языке хотя бы дома, но окружающая среда их все равно поглотит, и все попытки аварца остаться аварцем, даргинца – даргинцем или кумыка – кумыком закончатся провалом. Идет война по уничтожению национальных языков и национальной культуры. Если жители республики так же будут сидеть в бездействии, то языки уйдут. И редкие дагестанцы, которые смогут похвастаться тем, что знают свой родной язык, будут сродни ветеранам войны».

Русский как родной?

Эксперты, возлагая долю ответственности за незнание национальных языков на самих дагестанцев, недалеки от истины. Как рассказал в комментарии Paragraphs директор махачкалинской школы №18, председатель Общественной палаты города Салим Абдулкадыров, в средних общеобразовательных учреждениях республики сегодня действительно любой родитель может выбрать, изучать его ребенку национальный язык или нет. И находятся те, которые выбирают для своих детей русский вместо родного.

В школе №18 родные языки изучаются со 2-го по 11-й классы. Преподают здесь всего пять языков: аварский кумыкский, даргинский, лезгинский и лакский.

«Количество часов у нас, к сожалению, уменьшилось. Сейчас это два часа в неделю. Раньше было три. Просто многие дети хотят больше часов на изучение других предметов. В нашей школе также есть те, кто по заявлению родителей не изучает родные языки. Это дети преимущественно из смешанных семей. В 8-х и 9-х классах у нас даже есть три группы, в которых дагестанские дети изучают русский язык как родной. Их число составляет примерно 5-7%. Это желание их родителей. Мы им в этом отказать не можем», – отмечает директор школы.

Что касается количества часов, выделяемых на изучение родного языка, то оно определяется не обязательной программой, а так называемым школьным компонентом. Сколько школа сочтет нужным – столько и выделит. А может и не выделять вообще, полностью исключив изучение родных языков из своей программы – федеральный закон позволяет.

Бэла Боярова