;

Бездоказательственное дело: дагестанского журналиста обвинили в финансировании терроризма

В Дагестане нарастает общественный резонанс вокруг истории с задержанием в Махачкале журналиста независимого еженедельника «Черновик» Абдулмумина Гаджиева, обвиняемого в финансировании терроризма.

Коллеги журналиста и неравнодушные граждане не верят в предъявленные ему обвинения и требуют отпустить его на свободу.

В знак солидарности жители республики выкладывают в социальных сетях публикации с хэштегом #свободуабдулмумину и ежедневно выходят на одиночные пикеты в его защиту в Махачкале с плакатами и в футболках с надписью «Я/Мы Абдулмумин Гаджиев».

Ботинок на лицо

В 5 утра 14 июня в дагестанской столице силовики постучали в дом редактора отдела «Религия» независимого республиканского еженедельника «Черновик» Абдулмумина Гаджиева, предъявив ему обвинения в финансировании терроризма (статья 205 Уголовного кодекса РФ – прим. ред.). Операция по задержанию происходила на глазах у его жены и малолетних детей. При этом, по словам учредителя «Черновика» Магди Камалова, был использован «традиционный метод» – прикладывание ботинка к лицу задержанного.

Журналист обвиняется в организации сбора и перечислении средств в благотворительные фонды дагестанского проповедника Исраила Ахмеднабиева, более известного как Абу Умар Саситлинский. По версии следствия, Саситлинский, находящийся сейчас в Африке, под предлогом строительства мечетей и помощи малоимущим мусульманам занимается сбором средств для боевиков запрещенных в России террористических организаций «Исламское государство» и «Джабхат-ан-Нусра». В рамках этого дела ФСБ России уже арестовала нескольких человек.

Сразу после задержания Абдулмумина Гаджиева газета «Черновик» выступила с заявлением, в котором назвала обвинения против своего журналиста абсурдными.

«Чтобы было понятно широкому кругу читателей, знающем о Дагестане только из выпусков новостей, объясним, что такое обвинение в финансировании терроризма на Северном Кавказе. Это, примерно, то же самое, что и подбрасывание наркотиков Ивану Голунову в Москве. Если человека надо посадить, и если он хоть немного причастен к религиозной деятельности, то... основание всегда можно найти (…) Само обвинение в финансировании Гаджиевым терроризма абсурдно. А заявление силовиков, что «Гаджиева подозревают в перечислении денег на счета Абу Умара Саситлинского», абсурдно вдвойне. Гаджиев не имел с ним контактов. Практически, никаких. Сам Саситлинский, в свое время покинувший страну, уже давно смеется над нелепостью обвинений в свой адрес», – говорится в заявлении «Черновика».

В издании также подчеркнули, что намерены добиваться справедливости – снятия обвинений в отношении Абдулмумина Гаджиева – и требовать привлечения к ответственности тех, «кто откровенно выдумывает обвинения и формирует пустые уголовные дела, ломающие людям судьбы».

В чем парадокс?

За ситуацией следят федеральные СМИ, ОБСЕ и Совет по правам человека при президенте РФ. Несмотря на широкий общественный резонанс и, как отмечает защита, бездоказательность обвинений, на состоявшемся 18 июня в Махачкале суде по избранию меры пресечения в отношении Абдулмумина Гаджиева (по ходатайству стороны обвинения процесс по избранию меры пресечения судьей был закрыт для СМИ – прим. ред.) решением Советского районного суда журналиста арестовали на два месяца на основании лишь показаний, которые под пытками дал задержанный также 14 июня Кемал Тамбиев – молодой ученый, предприниматель и IT-специалист, финалист Всероссийского конкурса «Молодой предприниматель России–2018», уроженец Карачаево-Черкесии, проживающий в Москве.

Парадокс в том, что Гаджиев с Тамбиевым до того, как оказались вместе на суде, не были знакомы и никогда друг о друге даже не слышали. Тамбиев, появившийся на судебном заседании с синяком под глазом, рассказал, что дал показания против дагестанского журналиста под пытками, однако суд не принял это во внимание. На эту несостыковку обращают внимание главный редактор «Черновика» Маирбек Агаев и учредитель Магди Камалов – дагестанского журналиста арестовали на основании показаний московского предпринимателя, который его даже не знает.

Об этом пишет и жена Кемала Тамбиева Лаура Курджиева: «14-го числа между 5 и 6 ч. утра сотрудники ОМОНа с кучей нарушений выломали дверь, задержали мужа и увезли в Махачкалу, к которой мы не имеем никакого отношения. Мы сами из КЧР.
До того, как самолет сел в Махачкале, у мужа уже был назначен нами адвокат. По прилету его не допустили к мужу. Кемал о том, что у него есть адвокат, не знал. И в тот же вечер Кемал был «допрошен» без своего адвоката. Его пытками вынудили подписать обвинительное заявление против Гаджиева, которого он даже не знал,
рассказала она в социальной сети Instagram, подчеркнув также.   Почему его пришили именно сюда, к журналисту, которого он никогда не знал, отвезли в Махачкалу – это вопрос на миллион».

«Пусть наша история будет в назидание, что абсолютно любой человек не застрахован от таких чудовищных происшествий в абсолютно любой день», – написала Лаура Курджиева.

«Никаких средств не перечислял»

Выступая на суде, Абдулмумин Гаджиев рассказал, что люди, лично с ним знакомые, знающие его в интернете или по публикациям в газете, «никогда не поверят в абсурдное обвинение в терроризме, экстремизме или радикализме».

«Я никогда не осуществлял никаких сборов денежных средств в какие-то благотворительные фонды. Более того, я отговаривал от этого других людей (имея в виду благотворительную помощь жителям Африки через Абу Умара Саситлинского. – прим. ред.). Я всегда говорил, что у нас здесь, в Махачкале, полно нуждающихся. Если кто-то хочет кому-то помочь, он может самостоятельно найти нуждающегося человека, либо обратиться в те фонды, которые действуют в Махачкале, такие, как «Надежда», «Инсан», взять у них адрес нуждающегося человека и сходить к нему. Единственный фонд, в который я перечислял деньги лично за всю свою жизнь – это фонд «Надежда», который действует в Махачкале, руководителя которого я знаю. Как это происходит? Я захожу в Инстаграм, вижу публикацию о каком-то больном ребенке или о какой-то нуждающейся семье. Там указываются реквизиты, рассказывается какая-то конкретная история. И вот туда я перечисляю сто рублей, двести... Сколько могу, по возможности. Больше никогда, никуда, никаких денежных средств я не перечислял, никаких страниц в социальных сетях со сбором денежных средств я никогда не вел», – заявил Абдулмумин Гаджиев. Более того, он отметил, что уже много лет пользуется одной-единственной банковской картой и можно легко проверить, какие средства и куда он перечислял.

Говоря о пытках Тамбиева, Гаджиев сказал, что следователи не постеснялись вывести его в зал суда «с фингалом под глазом».

Доказать непричастность

Защита Абдулмумина Гаджиева не согласна с решением Советского районного суда Махачкалы и обжаловала его в Верховном суде Дагестана. Об этом Paragraphs рассказал адвокат журналиста Арсен Шабанов.

«Мы уже обжаловали это решение. Сейчас Верховный суд Дагестана будет рассматривать нашу жалобу. Дальше уже будем собирать доказательства его невиновности, доказывать его непричастность к совершению преступлений, в которых его подозревают. Судя по тому, о чем говорят, у следствия нет доказательств. По крайней мере, до сих пор они не были представлены. Будем, с одной стороны, доказывать, что у следствия нет никаких доказательств, а с другой – собирать свои доказательства, которые опровергают их бездоказательственные утверждения», – подчеркивает адвокат.

Говоря о группе в социальной сети «ВКонтакте», которую якобы вел Абдулмумин Гаджиев, чтобы собирать средства на финансирование терроризма, то Арсен Шабанов отмечает, что никакой такой группы там не нашел. Но и в самом постановлении о возбуждении уголовного дела следствие не утверждает, что способом совершения преступления было использование какой-либо группы в социальных сетях.

«Они вообще не указывают, каким образом было совершено преступление, то есть, как он собирал деньги, у кого, какую сумму, какими платежными системами пользовался. Ничего следствие не утверждает, просто есть такая формальная фраза – организовали сбор денежных средств для финансирования террористической организации. Гаджиев был задержан утром 14-го числа. То есть, по мнению следствия, на тот момент уже были основания для его задержания. То есть следствие утверждает, что имеются очевидцы, которые указали на него как на лицо, совершившее преступление. Но этих очевидцев они не раскрывают. А Тамбиев дал показания вечером, уже после того, как был задержан Гаджиев. Да и показания Тамбиева никак не изобличают Абдулмумина Гаджиева, потому что он не является очевидцем – он его не знает, как сам Тамбиев рассказал в показаниях. Сам с ним не знаком, никогда в жизни его не видел, и выступает не от своего лица, просто ссылается на слова других лиц.  Судя по поведению следствия, я думаю, из доказательств у них больше ничего и нет. Я думаю, если бы у них было что-то существенное, они бы это представили. А показания Тамбиева – это вообще не доказательства», – говорит Арсен Шабанов.

Собеседник Paragraphs также обращает внимание на то, что его подзащитный не имел никаких контактов и с Абу Умаром Саситлинским: «Отношений никаких они не поддерживали. Он (Саситлинский – прим. ред.) один раз в 2011 году обратился в редакцию «Черновика», хотел дать интервью, и редакция поручила это интервью Абдулмумину».

Неравнодушные просят прекратить произвол и отпустить журналиста. Коллеги, друзья, соседи и знакомые Абдулмумина Гаджиева отзываются о нем как о порядочном человеке, хорошем муже и отце четверых сыновей. Отличник, выпускник матфака Дагестанского государственного университета, преподавал на экономическом факультете ДГУ эконометрику, эконометрическое моделирование, теорию оптимального управления, экономико-математические методы, высшую математику, информатику и другие предметы. Комментируя уровень поддержки и резонанс вокруг этого уголовного дела, адвокат Абдулмумина Гаджиева уверен, что, независимо от того, каким будет конечный результат, общество должно становиться на сторону того, кто действительно невиновен: «Это наш гражданский долг – выступить против несправедливости».

Бэла Боярова

Справка:

15 декабря 2011 года учредитель дагестанского еженедельника «Черновик» Хаджимурад Камалов был расстрелян неизвестными в Махачкале при выходе из здания редакции.

В 2014 году издание было отмечено премией правительства РФ в области СМИ за вклад в борьбу с преступностью и коррупцией.